Неточные совпадения
Барин тут же велел Петрушке выдвинуть из-под кровати чемодан, покрывшийся уже порядочно пылью, и принялся укладывать вместе с ним, без большого разбора, чулки,
рубашки,
белье мытое и немытое, сапожные колодки, календарь…
А теперь, брат, позволь тебе
белье переменить, а то, пожалуй, болезнь в рубашке-то только теперь и сидит…
Он полез под подушку и отыскал в напиханном под нее
белье одну, совершенно развалившуюся, старую, немытую свою
рубашку.
Оставшись в одном
белье, он тихо опустился на кровать, окрестил ее со всех сторон и, как видно было, с усилием — потому что он поморщился — поправил под
рубашкой вериги. Посидев немного и заботливо осмотрев прорванное в некоторых местах
белье, он встал, с молитвой поднял свечу в уровень с кивотом, в котором стояло несколько образов, перекрестился на них и перевернул свечу огнем вниз. Она с треском потухла.
Длинный
белый остов спины с огромными, выдающимися лопатками и торчащими ребрами и позвонками был обнажен, и Марья Николаевна с лакеем запутались в рукаве
рубашки и не могли направить в него длинную висевшую руку.
Сам больной, вымытый и причесанный, лежал на чистых простынях, на высоко поднятых подушках, в чистой
рубашке с
белым воротником около неестественно тонкой шеи и с новым выражением надежды, не спуская глаз, смотрел на Кити.
Левин молчал, поглядывая на незнакомые ему лица двух товарищей Облонского и в особенности на руку элегантного Гриневича, с такими
белыми длинными пальцами, с такими длинными, желтыми, загибавшимися в конце ногтями и такими огромными блестящими запонками на
рубашке, что эти руки, видимо, поглощали всё его внимание и не давали ему свободы мысли. Облонский тотчас заметил это и улыбнулся.
Красавец обер-кельнер с начинавшимся от шеи пробором в густых напомаженных волосах, во фраке и с широкою
белою батистовою грудью
рубашки, со связкой брелок над округленным брюшком, заложив руки в карманы, презрительно прищурившись, строго отвечал что-то остановившемуся господину.
Он снял, как и другие мужчины, с разрешения дам, сюртук, и крупная красивая фигура его в
белых рукавах
рубашки, с румяным потным лицом и порывистые движения так и врезывались в память.
— И ее закопают и Федора подавальщика с его курчавой, полною мякины бородой и прорванной на
белом плече
рубашкой закопают.
Аркадий подошел к дяде и снова почувствовал на щеках своих прикосновение его душистых усов. Павел Петрович присел к столу. На нем был изящный утренний, в английском вкусе, костюм; на голове красовалась маленькая феска. Эта феска и небрежно повязанный галстучек намекали на свободу деревенской жизни; но тугие воротнички
рубашки, правда, не
белой, а пестренькой, как оно и следует для утреннего туалета, с обычною неумолимостью упирались в выбритый подбородок.
Он был одет в черную, неоднократно утюженную визитку, в
белый пикейный жилет, воротник его туго накрахмаленной
рубашки замшился и подстрижен ножницами.
— Нам понимать некогда, мы все революции делаем, — откликнулся Безбедов, качая головой;
белые глаза его масляно блестели, лоснились волосы, чем-то смазанные, на нем была
рубашка с мягким воротом, с подбородка на клетчатый галстук капал пот.
В трактир приходили и уходили разные лица, все в
белых куртках, индийцы в грязных
рубашках, китайцы без того и без другого.
Голова вдов; но у него живет в доме свояченица, которая варит обедать и ужинать, моет лавки,
белит хату, прядет ему на
рубашки и заведывает всем домом.
Левко посмотрел на берег: в тонком серебряном тумане мелькали легкие, как будто тени, девушки в
белых, как луг, убранный ландышами,
рубашках; золотые ожерелья, монисты, дукаты блистали на их шеях; но они были бледны; тело их было как будто сваяно из прозрачных облак и будто светилось насквозь при серебряном месяце. Хоровод, играя, придвинулся к нему ближе. Послышались голоса.
— Ну, вот вам и платье, — развязно проговорил он, по-видимому очень довольный успехом своего хождения. — Это господин Калганов жертвует на сей любопытный случай, равно как и чистую вам
рубашку. С ним все это, к счастию, как раз оказалось в чемодане. Нижнее
белье и носки можете сохранить свои.
На нем лежали окровавленный шелковый
белый халат Федора Павловича, роковой медный пестик, коим было совершено предполагаемое убийство,
рубашка Мити с запачканным кровью рукавом, его сюртук весь в кровавых пятнах сзади на месте кармана, в который он сунул тогда свой весь мокрый от крови платок, самый платок, весь заскорузлый от крови, теперь уже совсем пожелтевший, пистолет, заряженный для самоубийства Митей у Перхотина и отобранный у него тихонько в Мокром Трифоном Борисовичем, конверт с надписью, в котором были приготовлены для Грушеньки три тысячи, и розовая тоненькая ленточка, которою он был обвязан, и прочие многие предметы, которых и не упомню.
Стало быть, в вашем
белье мы завтра же отыщем эту
рубашку с вырванным из нее клочком».
Из-под ворота халата выглядывало чистое щегольское
белье, тонкая голландская
рубашка с золотыми запонками.
Нужна, c одной стороны, заботливость, с другой — твердая власть, — сказал он, сжимая выдающийся из-за
белого крепкого рукава
рубашки с золотой запонкой
белый пухлый кулак с бирюзовым кольцом, — заботливость и твердая власть.
— Опять на деревья
белье вешают! — гневно заметила она, обратясь к старосте. — Я велела веревку протянуть. Скажи слепой Агашке: это она все любит на иву
рубашки вешать! сокровище! Обломает ветки!..
На этот раз поверил и Егор. Собирая платье,
белье и обувь, он нашел, что три, четыре тонких
рубашки уж не очень новы, и потому конфисковал их в свою пользу, так же как и лишние, по его мнению, панталоны, жилет и пару ботинок с стоптанным каблуком.
Белье им шили в деревне из неизносимого домотканого холста и крашенины, исключая праздничных
рубашек, для которых покупались в Москве кумач и ситец.
Когда мы подошли поближе, 2 собаки подняли лай. Из юрты вышло какое-то человекоподобное существо, которое я сперва принял было за мальчишку, но серьга в носу изобличала в нем женщину. Она была очень маленького роста, как двенадцатилетняя девочка, и одета в кожаную
рубашку длиной до колен, штаны, сшитые из выделанной изюбриной кожи, наколенники, разукрашенные цветными вышивками, такие же расшитые унты и красивые цветистые нарукавники. На голове у нее было
белое покрывало.
Белая батистовая
рубашка выбивалась из-под этих пройм красивыми буфами и облегала полную
белую шею небольшой розеткой.
Тонкие породистые руки с длинными пальцами были выпростаны поверх голубого сарафана с затканными серебряными цветочками;
белая кисейная
рубашка открывала полную, немного смуглую шею, перехваченную жемчужной ниткой.
Крошечная детская с одним окном и двумя кроватями привела мисс Дудль еще раз в ужас, а потом она уже перестала удивляться. Гости произвели в детской что-то вроде обыска. Мисс Дудль держала себя, как опытный сыщик: осмотрела игрушки, книги, детскую кровать, заглянула под кровать, отодвинула все комоды и даже пересчитала
белье и платья. Стабровский с большим вниманием следил за ней и тоже рассматривал детские лифчики,
рубашки и кофточки.
Варвара Петровна с дочерью и Катенька в таких же точно
рубашках, шеи у них были повязаны батистовыми, а головы шелковыми
белыми платками.
Ровно с цепи сорвавшись, во все стороны мечутся ярославцы в
белых миткалевых
рубашках, с
белыми полотенцами чрез плечо, в смазных со скрипом сапо́жках…
Явился он в
белой холщовой
рубашке навыпуск и, вдобавок, с гармоникой, которую, впрочем, оставил в сенях.
И все обошлось бы хорошо, если бы вдруг не ворвалась в кабинет Манька Беленькая в одной нижней
рубашке и в
белых кружевных штанишках.
— Вот вам билетец, — сказал маклер, подавая Алексею карточку. — С этим билетцем поезжайте вы к портному, у него готового платья завсегда припасено вдоволь. Да выбирайте не сами, во всем на него положитесь… Главное, чтобы пестрого на вас ничего не было, все чтобы черное, а
рубашка белая полотняная, и каждый день чистую вздевайте… Постойте-ка, я портному-то записку напишу.
Старшая сестра говорит: «Когда б на мне Иван-царевич женился, напряла б я пряжи тонкие, наткала полотна
белого, сшила бы царевичу
рубашку, какой на свете досель не было».
Начальник бастиона, обходивший в это время свое хозяйство, по его выражению, как он ни привык в 8 месяцев ко всяким родам храбрости, не мог не полюбоваться на этого хорошенького мальчика в расстегнутой шинели, из-под которой видна красная
рубашка, обхватывающая
белую нежную шею, с разгоревшимся лицом и глазами, похлопывающего руками и звонким голоском командующего: «первое, второе!» и весело взбегающего на бруствер, чтобы посмотреть, куда падает его бомба.
Володя поклонился и вышел. Полковничий денщик провел его вниз и ввел в голую, грязную комнату, в которой валялся разный хлам и стояла железная кровать без
белья и одеяла. На кровати, накрывшись толстой шинелью, спал какой-то человек в розовой
рубашке.
— Я ли не смотрел, сударыня? В восемь-то лет из барского
белья только одна
рубашка пропала, а то у меня и изношенные-то целы.
Он прошел дальше и завернул за угол. В глубине палисадника, у Назанского горел огонь. Одно из окон было раскрыто настежь. Сам Назанский, без сюртука, в нижней
рубашке, расстегнутой у ворота, ходил взад и вперед быстрыми шагами по комнате; его
белая фигура и золотоволосая голова то мелькали в просветах окон, то скрывались за простенками. Ромашов перелез через забор палисадника и окликнул его.
Она была в одном косоклинном сарафане из домашнего синего холста;
рубашка была тоже из холста, только
белая. У окна стояли кросна с начатою новиной. Аграфене было совестно теперь за свой заводский ситцевый сарафан и ситцевую рубаху, и она стыдливо вытирала свое раскрасневшееся лицо. Мать Енафа пытливо посмотрела на нее и на смиренного Кирилла и только сжала губы.
Всегда
белая, из тонкого холста
рубашка, длинный темный запон и темный платок с глазками составляли весь костюм.
Некрасивая Дарья, видимо, разделяла это мнение и ревниво поглядела на родительское ружье. Она была в ситцевом пестреньком сарафане и
белой холщовой
рубашке, голову повязывала коричневым старушечьим платком с зелеными и синими разводами.
Складки на
рубашке смяты и на сгибах покрыты какою-то подозрительною тенью, платье на швах поистерлось, самые щеки одрябли и как-то неприятно хрящевато-белы.
Когда он лег и уснул, мать осторожно встала со своей постели и тихо подошла к нему. Павел лежал кверху грудью, и на
белой подушке четко рисовалось его смуглое, упрямое и строгое лицо. Прижав руки к груди, мать, босая и в одной
рубашке, стояла у его постели, губы ее беззвучно двигались, а из глаз медленно и ровно одна за другой текли большие мутные слезы.
Заглянул… Эх, ты, господи! Все пропустил! Катя уже лежала в постели, покрывшись одеялом, и читала. На ночном столике горела свеча. Я видел смуглые, нагие до плеч руки, видел, как
рубашка на груди выпукло поднималась. Горячо стучало в висках, дыхание стало прерывистым… Не знаю, сколько времени прошло. Катя приподнялась, потянулась к свече, я на миг увидел над кружевным вырезом
рубашки две
белые выпуклости с тенью между ними, — и темнота все захлопнула.
Он устал сильно, скинул шинель, поставил рассеянно принесенный портрет между двух небольших холстов и бросился на узкий диванчик, о котором нельзя было сказать, что он обтянут кожею, потому что ряд медных гвоздиков, когда-то прикреплявших ее, давно уже остался сам по себе, а кожа осталась тоже сверху сама по себе, так что Никита засовывал под нее черные чулки,
рубашки и всё немытое
белье.
Князь все еще был в щеголеватом бархатном халате; чистая
рубашка его была расстегнута и обнаруживала часть
белой груди, покрытой волосами; словом, при этом небрежном туалете, с выразительным лицом своим, он был решительно красавец, какого когда-либо содержали тюремные стены.
После всех подъехал господин в щегольской коляске шестериком, господин необыкновенно тучный,
белый, как папошник — с сонным выражением в лице и двойным, отвислым подбородком. Одет он был в совершенно летние брюки, в летний жилет, почти с расстегнутой батистовою
рубашкою, но при всем том все еще сильно страдал от жара. Тяжело дыша и лениво переступая, начал он взбираться на лестницу, и когда князю доложили о приезде его, тот опрометью бросился встречать.
Действительно, дерптский студент, сняв сюртук и засучив
белые рукава
рубашки выше
белых локтей и решительно расставив ноги, уже поджигал ром в суповой чаше.
Тотчас же она явилась у нас, привезя с собой на извозчике целый узел. Объявив с первого слова, что теперь и не уйдет от меня, и приехала, чтоб помогать мне в хлопотах, она развязала узел. В нем были сиропы, варенья для больной, цыплята и курица, в случае если больная начнет выздоравливать, яблоки для печенья, апельсины, киевские сухие варенья (на случай если доктор позволит), наконец,
белье, простыни, салфетки, женские
рубашки, бинты, компрессы — точно на целый лазарет.
Даже не было другой перемены
белья, чтоб похоронить его; кто-то дал уж свою
рубашку.